О ФЕДЕРАЦИИ
 новости
 достижения
1991-1997
1998-2003
2004-2008
2009-2013
2014-2018

 фотоархив
 фотогалерея
 видеогалерея
 ретро-видео

 пресса
 статьи

 координаты
 ссылки

О ЛЮДЯХ
 президент
 черные пояса

О КОБУДО
 2007-2016

МАГАЗИН
 мир годзю-рю  видео

 .: 2007 Мастер годзю-рю Тэруо Тинэн в Сибири :.

После регистрации мы расположились в самолёте по своим местам, и мне впервые представилась возможность пообщаться с сэнсэем Тинэном в неформальной обстановке, так как мы с ним сидели рядом у окна.

Через полчаса после вылета из Одессы сэнсэй спросил меня, показывая вниз: «Это - Россия?» Мы летели над какими-то лесами, и я ответил ему, что не знаю. Еще через полчаса он снова меня спросил: «Ну, это уже Россия?» Его нетерпение было очевидным. Тинэн объехал множество стран, а в России не был ни разу.

Был ещё один примечательный эпизод нашего общения с мастером. Случайно в кармане я обнаружил копии своих сертификатов на первый и второй даны, заготовленные заранее к экзамену на третий дан. Показал их сэнсэю, потому что сертификат на первый дан подписал мастер Эйити Миядзато накануне своей кончины, а сэнсэй Тинэн многие годы тренировался под его руководством. С большим интересом изучив мой документ, сэнсэй подтвердил: печать и подпись на документе принадлежат именно мастеру Миядзато. Он сказал, что документ в полном порядке. Внимательно рассмотрев сертификат на второй дан за подписью Косин Иха, он перевёл мне, что там написано. Потом оторвал часть авиабилета и на белом поле написал своим маркером названия всех ката годзюрю. Мне было очень приятно получить такой автограф, и я бережно храню этот листок, на котором знаменитый мастер годзю-рю записал ката лично для меня.

В Москве нам пришлось ждать своего рейса около шести часов. Мы пошли поесть. В аэропорту всё стоит дорого, а для меня это были совсем непредвиденные расходы. Как принимающая сторона я должен был накормить всю делегацию за свой счёт и себе что-то взять. В ресторане я шёл последним и платил за всех. Мои гости взяли то, что хотели, а мне пришлось брать то, на что хватило денег. Когда сели за стол, они всё сразу поняли. Валерий сдвинул мне свою порцию мяса, а сэнсэй Тинэн, в свою очередь, чем-то поделился с Валерием. Это выглядело какой-то необычной церемонией и как бы связало всех нас, сделало единомышленниками.

В аэропорту города Томска нас встретил видеооператор, который снимал прилёт Тинэна в аэропорту, и микроавтобус, о котором я договорился заранее. Мы погрузились в него и без задержек поехали в город. Вид из окна автобуса открывался невзрачный, и по лицу сэнсэя можно было легко прочесть: «Именно такой я и представлял себе Сибирь - эту страшную глушь, именно туда я сейчас и попал».

Однако по мере приближения к Томску пригородный пейзаж стал резко меняться, за окном появились современные здания. Лицо сэнсэя стало выражать удивление, а когда мы вошли в холл отеля, то у него был лёгкий шок от того, что он увидел. Выезжая из аэропорта, Тинэн полагал, что его поселят в избу из брёвен, а тут встретил его настоящий дворец. Томский отель, в очередной раз предоставленный гостям нашим спонсором, ничем не уступал тем, в которых привык останавливаться сэнсэй в других странах мира.

Следует рассказать о том, как мне удалось пригласить в Томск такого известного мастера каратэ. Ещё в начале 2007 года я получил приглашение с Украины на чемпионат Европы по годзю-рю и Европейский семинар, который должен был состояться после соревнований под руководством Тэруо Тинэна, главы международной организации Jundokan International. Организатором и вдохновителем этих мероприятий выступил украинский филиал, которым долгие годы руководит Валерий Кусий. Мы знакомы с ним несколько лет.

Разговаривая по телефону с Валерием, я узнал, что сэнсэй Тинэн давно стремится попасть в Россию. С этим желанием связана романтическая мечта посетить те места, в которых жил его учитель Эйити Миядзато. Оказывается, после окончания Второй Мировой войны Миядзато попал в лагерь военнопленных где-то в Сибири. Сэнсэй Тинэн мечтал пройти по «стопам мастера», чтобы тем самым почтить его память.

Возник вариант поездки сэнсэя на Урал к Владимиру Ситнику. Принимающая сторона стала готовиться к встрече. Даже выяснили, что на Урале есть кладбище японских военнопленных. Однако сэнсэй Тинэн знал совершенно точно, что мастер Миядзато находился в лагере именно в Сибири, поэтому свой выбор он сделал в пользу Томска.

В апреле начались длительные переговоры и переписка с сэнсэем Тэруо Тинэном и его помощницей Мэри Рой, живущими в городе Спокане в США. В конце концов условились, что после всех мероприятий, проведённых в Украине, они вылетят в Томск, и я должен буду сопровождать их по маршруту следования.

Перед отъездом в Одессу, в самом конце июля, вопрос о поездке в Томск не был решён окончательно. Возникала проблема с визами, но её удалось решить в самый последний момент. Только в Одессе, получив от Валерий Кусия счёт на оплату заказанных им авиабилетов, я поверил, что сэнсэй Тинэн всё-таки к нам приедет. В тот момент я и предположить не мог, насколько сложно будет решать некоторые организационные вопросы.

И всё-таки мечты иногда сбываются. Тинэн и сопровождавшие его мастера оказались в Томске. Разместившись в гостинице рано утром, гости немного отдохнули с дороги, а уже днём мы встретились для выполнения экскурсионной программы по нашему городу. Ещё по дороге из аэропорта сэнсэй задавал мне много вопросов, на которые я не мог полностью ответить. Поэтому было решено нанять профессионального экскурсовода, который смог бы досконально рассказать об истории города и осветить любой вопрос, интересующий наших гостей. Со знающим гидом удалось договориться о встрече, но только на следующий день, поэтому мы отправились на ознакомительную прогулку по центру города. Этим обстоятельством воспользовались томские телевизионщики, уделив нашим гостям более часа во время их прогулки по набережной. Затем мы отправились в музей истории Томска, где с интересом рассматривали различные старинные экспонаты.

На вопрос корреспондентов о цели визита в наш город, сэнсэй Тинэн ответил: «После Второй Мировой войны мой Учитель, у которого я постигал азы каратэ, был сослан в Сибирь. Вот только куда, я точно не знаю. Помню, что он рассказывал о красотах этого края, суровой природе и жёстких условиях жизни, которые закаляют дух бойца. Приехав сюда, я чувствую старину этого города…».

Сделав свою работу, телевизионщики уехали, а настроение сэнсэя внезапно резко изменилось. Мы хотели ещё немного прогуляться, чтобы потом поужинать и пойти отдыхать. Однако сэнсэй потребовал: «Сейчас мы должны идти в зал тренироваться». Я попытался объяснить ему, что это никак не входит в наши планы, поскольку каждый день расписан и распланирован буквально по минутам. Но мои доводы не действовали. Сэнсэй повторил: «Нам сейчас нужно идти в зал тренироваться».

Мастер Тинэн в музее Томска

К счастью, мы находились недалеко от зала и примерно через десять минут были на месте. В зале инструктор, который меня подменял, как раз завершал тренировку группы моих учеников. Сэнсэй Тинэн всех построил и начал свою тренировку. Валерий Кусий за многие годы привык к таким причудам, поэтому он, в отличие от меня, ничему не удивлялся.

Всех учеников сэнсэй посадил на пол. Я и Валерий стояли перед ним в джинсах, а сэнсэй показывал нам различные техники. И мы начали в паре их отрабатывать. Таким образом, около часа тренировались, а сэнсэй сидел на скамейке в обычной одежде и подавал нам команды. Вокруг сидели мои ученики и не понимали, что происходит, почему незнакомый им дядька распоряжается в зале? Время тренировки давно закончилось, за некоторыми детьми пришли родители и с удивлением наблюдали за происходящим.

Теоретически сэнсэй Тинэн в тот момент добро делал, тренировал нас, давал знания. Но я в это время был настроен совсем на другую волну и не готов был воспринимать эту информацию на все сто процентов, в том числе из-за своей загруженности организационными проблемами.

Вечером после ужина, когда сэнсэй уже пошёл отдыхать, Валерий передал мне просьбу мастера: «На следующей тренировке в зале не должно быть никаких кубков и портретов, кроме портрета основателя годзю-рю мастера Мияги, занимавшего самое почётное место». Я стал возражать Кусию, убеждая: «Ладно, кубки уберём, но как быть с портретами? Ведь это мои учителя. Они приезжали в додзё, чтобы учить меня. Хорошо ли, правильно ли я поступлю, убрав их портреты?» Валерий сказал, что таково условие сэнсэя. Я вновь возразил: «Мне решать, какой из портретов и где будет вывешен»! «Я хорошо понимаю тебя, - ответил Кусий, - но всё-таки сделай, как велел Тинэн». Я выполнил его условие, и он был очень доволен, что сделали так, как он просил. Я, напротив, был недоволен таким началом и с большим беспокойством ждал следующего дня.

После завтрака мы встретились с нашими гостями на крыльце отеля. Чуть раньше сюда подъехали гид и переводчик. Гид предложил начать рассказ об истории города прямо с соседнего с нами здания. Однако Тинэн демонстративно повернулся к нам спиной и ушёл в сторону со словами: «Мне это совершенно не интересно, я бы только хотел узнать о судьбе пленных японцев». Мягко говоря, мы были крайне удивлены таким поворотом событий.

Позднее, обсуждая этот инцидент с Владимиром Ситником, который побывал в Томске на одном из семинаров, я понял, что сэнсэй уже в таком возрасте, когда человека изменить невозможно. Он приехал в Томск по конкретному делу, а не просто познакомиться с городом. Ему интересно только своё дело. Иными словами, это не проявление грубости и бескультурья, как могло показаться на первый взгляд, а скорее предельное выражение искренности. Он не стал делать вид, что ему интересно то, что глубоко безразлично. Я переосмыслил этот случай и думаю, что стал немного больше понимать, в чем кредо мастера Тинэна. Он такой, какой есть, и не надо пытаться его переделать.

На экскурсию мы всё же поехали, так как гид с переводчиком должны были отработать свои три часа, за которые уже получили деньги. Проехали по историческим местам города, немного прогулялись. Наши гости стали проявлять интерес к рассказам гида. Особенно внимательным стал сэнсэй в мемориальном музее «Следственная тюрьма НКВД», расположенном в подвальном помещении здания. Постоянная экспозиция музея включает реконструированный тюремный коридор и камеру для подследственных заключённых, интерьер кабинета следователя. Среди экспонатов копии и подлинные документы следственных дел, фотоальбомы, вышивки, картины, рисунки, поделки из дерева и камня, изготовленные в лагерях и местах ссылок. С неподдельным интересом осматривали наши гости предметы минувшей трагической эпохи. Сэнсэй Тинэн подолгу изучал экспозиции старинных фото, словно пытаясь найти хотя бы малейшие зацепки, а с ними и ключ к разгадке тайны пребывания в Сибири его земляков и Учителя.

Время пролетело незаметно, экскурсионная программа подошла к концу. Поблагодарив гидов за интересный рассказ, мы отправились обедать в трактир. Между тем настроение сэнсэя опять стало резко меняться. По мне тоже было видно, что я недоволен. Это состояние сразу заметил Валерий. Я объяснил ему, что имею для этого все основания, так как подобный семинар организовывал не в первый раз, предусмотрел и сделал всё, что мог, обеспечив гостей транспортом, комфортным жильём, отменным питанием, хорошей культурной программой. Валерий сказал, что сэнсэй недоволен не мной, а им, потому что именно он привёз его сюда. От сибирского Томска мастер Тинэн ожидал чего-то большего, но действительность редко соответствует нашим мечтам.

Мы шли по самому центру города мимо концертного зала. Вдруг сэнсэй Тинэн остановил нас и предложил потренироваться. Нашли укромное место за зданием. Сэнсэй заставил меня снять куртку. Я исполнял одно из ката, а он корректировал мою технику. Всё это происходило на глазах у прохожих, которых здесь всегда много. Тренировка наша продолжалась около часа, и, как я теперь понимаю, была проведена мастером не спонтанно, а в знак его благодарности за оказанный ему приём. Мастер заметил моё недовольство и развеял его таким оригинальным способом. Он как бы хотел этим сказать, что лично ко мне у него претензий нет. Только по прошествии времени я осознал всю мудрость слов Валерия Кусия, который уверял меня, что понимание придёт, но позже. И теперь, годы спустя, я по достоинству могу оценить сумасбродные выходки мастера Тинэна и уровень его мышления.

Сэнсэй, конечно, понимал, что я испытываю определённую неловкость от присутствия прохожих, а некоторые любопытные даже глазели на нас. Но на тот момент важнее всего была только техника. Давая урок, Тинэн как бы ставил философский вопрос: что такое жизнь? И тут же отвечал - лишь миг между прошлым и будущим. И я должен быть благодарным за этот урок, который мастер дал своему ученику. Ведь наверняка он никогда больше не приедет в Томск. И я больше никогда не попаду к нему на семинар. Так что этот урок вполне мог стать последним. Сегодня я понимаю, что не с каждым человеком мастер такого уровня позволит себе индивидуально работать над техникой целый час. Я занимался, а сам с нетерпением ждал, когда всё закончится, потому что надо было ещё столько сделать и организовать, чтобы визит наших гостей проходил на высоком уровне. Ясно было одно: эта уличная тренировка для меня совершенно неуместна. Сэнсэй Тинэн нарушил все мои планы, превратив в самое важное дело свой уличный урок.

По моему расписанию мы уже должны были отобедать и отправить сэнсэя в гостиницу отдыхать. Вместо этого импровизация продолжалась. Сэнсэй всё ещё стоял за зданием Большого концертного зала в центре города и корректировал, как я исполняю ката. Время прошло, и только теперь я в полной мере оценил, насколько был не прав в суетности своих мыслей. И насколько мудр и великодушен был сэнсэй Тинэн.

Семинарская тренировка для моих учеников была назначена на двенадцать часов последнего, воскресного дня визита мастеров. Старшие ученики накануне подготовили зал к занятию, а сейчас все были в сборе. Две первые шеренги состояли из младших по возрасту учеников с поясами всех цветов радуги. Дальше в рядах стояли взрослые в соответствии с уровнем их подготовки. Все внимательно наблюдали за мастером Тинэном.

Я представил приезжих мастеров ученикам. Настроение у сэнсэя было приподнятое. Было видно, что ему нравится находиться здесь. Он улыбался. Тренировка началась с базовой техники. Технические приёмы, которые показывал мастер, были несложными, поскольку в зале находились, в основном, дети. Периодически тренировка прерывалась, и сэнсэй рассказывал различные истории.

Он говорил, что это его первый визит в Россию, и он очень рад, что находится среди нас. Одной из маленьких учениц, которая была очень серьёзной и с большим старанием выполняла всю технику, сэнсэй подарил заранее заготовленную коробку цветных карандашей. Он говорил: «Вы должны быть собраны и сконцентрированы на тренировке».

Сэнсэй Тинэн рассказал, что родился в Японии, а вырос на острове Окинава. Вот уже сорок лет он живёт в США. Его девиз: каждый день каратэ, каждый день годзю-рю. Он не изменил этой давней традиции даже в испанском аэропорту, где находился с учениками, ожидая вылета своего рейса. Валерий Кусий рассказал, что сэнсэй Тинэн построил учеников и, чтобы не терять времени зря, принялся отрабатывать ката. Он считает себя очень удачливым и счастливым человеком, потому что у него есть каратэ. Во время Второй Мировой войны его отец был военным моряком и погиб в Тихом океане. Когда сэнсэй Тинэн ещё маленьким мальчиком жил на Окинаве, его дом находился всего через три дома от дома мастера Мияги, основателя годзю-рю.

Начало семинара

Сэнсэй вызвал меня и начал корректировать набор базовых комбинаций, а после заучивания за мной стали повторять эти движения все ученики. Затем мастер Тинэн вызвал Валерия, и мы с ним стали в паре демонстрировать технику бункай ката, которую накануне уже отрабатывали. При этом Тинэн приговаривал: «Вы чёрные пояса, вы должны делать всё быстро. Кусий вперёд!» Атака - и я пытаюсь выполнить требуемую очерёдность движений. Но это не всегда получалось, так как рисунок исполнения комбинаций ещё не был заучен. И снова сэнсэй командовал Валерию: «Работай в полную силу. Нападай на полной скорости!» Хорошо, что Валерий в этой ситуации мне немного подыгрывал, понимая, что я ещё не могу реагировать быстро и выполнить нужное продолжение. Правда позднее пришло осознание, что у сэнсэя Тинэна такая методика тренировок. Проблемы возникали, потому что мы показывали достаточно сложные комбинации приёмов.

Корректировка техники

На мой взгляд, их нужно было сначала запомнить, а уж потом отрабатывать, увеличивая скорость. А мастер Тинэн требовал от чёрных поясов чёткого и быстрого исполнения сразу. И пока я не сделал так, как он хотел, сэнсэй сидел в стороне и бурчал: «Плохо. Делайте ещё раз! Медленно. Слишком медленно». Требовал выполнить ещё раз, хотя всем присутствовавшим в зале казалось, что быстрее уже невозможно. По указанию сэнсэя Мэри Рой подкорректировала мне ката, которое мы с ней разбирали в Одессе.

Когда всё закончилось, сэнсэй Тинэн сказал, что очень рад находиться в таком хорошем додзё, с такими инструкторами и прилежными учениками. «Я бы хотел встретиться со всеми в США, - обратился он снова,- и приглашаю приехать туда на 40-летие международной организации годзю-рю Jundokan International, куда съедутся представители многих стран, чтобы учиться. Приезжайте в Америку следующим летом, и захватите с собой кимоно и дух каратэ». После этого все участники семинара сфотографировались на память с приезжими мастерами под портретом Мияги Тёдзюна, а журналисты томского телевидения взяли интервью у мастера Тинэна и Мэри Рой. Для телезрителей сэнсэй Тинэн сказал: «У меня всегда много учеников, поскольку я постоянно переезжаю из одной страны в другую. Для меня это очень важно. Начинающие спортсмены нуждаются в помощи и я стараюсь им дать хорошие и правильные указания, демонстрируя при этом как можно больше техники и, разговаривая с учениками. Многие инструкторы с чёрными поясами молчат. Но для начинающих нужно больше говорить…» Далее сэнсэй демонстрировал перед камерой дыхательное ката Тэнсё, помогающее, по его словам, развивать внутреннюю энергию.

Мэри Рой в интервью сказала, что практикует каратэ в США в Спокане, под руководством сэнсэя Тинэна более тридцати лет. Парадокс, но смысл всех занятий - избежать применения силы. Представители многих стран, где практикуют направление Jundokan International, регулярно участвуют в многочисленных семинарах под руководством сэнсэя Тинэна, поэтому преподавание годзю-рю в этих додзё практически идентично.

Я потренировался в несколько раз больше, чем планировал, и сейчас благодарен сэнсэю Тинэну за тот объём информации, который он мне дал, и за то, что он сделал. И всё же я испытал облегчение, когда тренировка закончилась. Казалось, что самое главное осталось уже позади. Правда, у меня было ещё одно важное дело - взять у каждого сэнсэя автограф на портрет, который затем будет вывешен в нашем зале. Сэнсэй Тинэн категорически отказался подписывать своё фото сразу после тренировки и сказал, что лучше это будет сделать после обеда.

Покинув додзё, гости направились в отель «Магистрат», где жили во время визита. В процессе неформального общения выяснились некоторые пристрастия и увлечения мастеров. Сэнсэй Тинэн оказался большим любителем архитектуры. Так, мраморный бордюр на одной из томских улиц вызвал у него восхищение. Он заявил, что подобную роскошь невозможно встретить даже в США.

Разговор мы продолжили в ресторане в русском стиле. Мастер Тинэн отдал должное грибному супу по рецепту русской кухни, а Мэри Рой рассказала о своих музыкальных пристрастиях. Валерий Кусий, кроме собранности, которую он только что демонстрировал в зале, проявил ещё и разбитную весёлость одессита, развлекая всех бесконечными байками из богатой приключениями спортивной жизни.

Во время обеда сэнсэй Тинэн спросил, где можно купить диски с записями русской балалайки. Такое место нашлось, и гостей повели в музыкальный магазин. После долгого прослушивания сэнсэй сделал выбор. Купила диск кому-то в подарок и Мэри Рой.

Фрагмент тренировки

На обратном пути гости зашли в магазин с русскими сувенирами. Во время прогулки произошёл ещё один забавный случай. К нам привязалась маленькая собачка. Причём из всей толпы она выбрала почему-то знаменитого японца. Она смешно махала хвостиком и скакала под ногами сэнсэя. Сэнсэй Тинэн весело смеялся и, наклонясь к собачке, теребил её длинные уши, приговаривая: «Good boy, good boy».

В отеле прошла официальная часть визита. Расположившись за круглым столом в ресторане отеля, сэнсэй приготовился оформлять будо-паспорта. Для этой торжественной церемонии он принёс из номера в маленьком мешочке личную печать, кисточку и футляр с тушью. Каждый раз, открыв очередной документ, японец церемонно выдерживал паузу, а затем ставил подпись и скреплял её оттиском печати. Перед подписанием фотографий он сразу сказал, что будет писать по-японски. Немного подумав, написал своей кистью столбцы иероглифов и перевёл текст на английский язык. Выяснилось, что это стихи для нашей федерации годзю-рю Томска. Вот их содержание: «Учитель добр к тебе, но он не друг. Я следовал за ним издалека. Я шёл в Сибирь, не отставая от него ни на шаг, но не наступая, даже на его тень».

Это был особый момент. И мы все вдруг, словно перенеслись из современного Томска, находящегося в самом сердце Сибири, прямо в японское средневековье, где мастер в порыве вдохновенья сочиняет танка, а вокруг в почтительном молчании сидят его ученики.

Но реальность была жёстче воображения. Сэнсэй, указав на меня, весьма резко сказал переводчику: «Переведи ему». Тот перевёл. «Ты понял, что здесь написано?»- спросил Тинэн. Я сказал, что понял. «Тогда ответь», - потребовал он. Для меня же смысл диалога был ясен: сэнсэй выражал недовольство организацией визита. Он как бы говорил мне: «Я ехал сюда, чтобы побывать там, где находился мой Учитель, а ты мне устроил обычный семинар с экскурсиями». Я ответил, что старался и сделал максимум того, что мог. А у самого появилось огромное желание просто встать и уйти. С трудом я сдержал свои эмоции. Как он не может понять, что его визит в Томск далеко не первый. К тому времени я организовал около десяти семинаров с мастерами самого разного уровня и получал от них одни благодарности.

Обычно мастера приезжали и подчинялись заранее установленному расписанию. Сэнсэй Тинэн всё поломал, везде предлагая «свой устав». Всё выстроил заново по своему желанию. Мне то и дело приходилось звонить, отменяя встречи, назначать новое расписание, опять согласовывать прежние договоренности. Я воспринял его слова в тот момент, как незаслуженный упрёк в плохой организации семинара. Однако Валерий Кусий меня поддержал, сказав: «Не бери это к сердцу. Пусть всё идёт, как идёт».

А сэнсэй Тинэн снова нашёл, чем меня удивить, но теперь приятно. Подписывая мой будо-паспорт о прохождении семинара в Украине и аттестации на третий дан, он сообщил, что принял меня в свою организацию. Это означало, что я должен узнать у Кусия точные размеры эмблемы, а после её изготовить и носить на кимоно. Валерий рассказал мне, что ему пришлось три года ездить в США, прежде, чем Тинэн сказал ему то же самое, что мне сегодня. Более того, на семинарах в Америке у Валерия случались неприятные моменты. Ему, например, не разрешалось во время обеда сидеть за одним столом с членами организации сэнсэя. Кто-то воспринял бы это как обиду и перестал общаться. Однако Кусий продолжал ездить и в конце концов его приняли в организацию. «Сейчас я понимаю, говорил Валерий, - что это была проверка серьёзности моих намерений учиться. А ты счастливчик, Вячеслав, сэнсэй Тинэн принял тебя в свою организацию с первого захода». Подписав будопаспорта и свой портрет, сэнсэй Тинэн передал мне кисть, сказав, что это небольшой подарок. Затем встал и пошёл в свой номер на второй этаж отеля.

На следующий день мы договорились встретиться в холле отеля в шесть часов утра. В назначенное время были на месте все, кроме сэнсэя. Мэри Рой очень беспокоилась и не находила себе места. Она знала, что мастер Тинэн никогда не опаздывает. Видно что-то случилось? Мы с Кусием пошли на второй этаж и постучали в дверь номера. В ответ - тишина. Попросили открыть дверь вторым ключом. Сэнсэй лежал в постели и не просыпался. Попытки Валерия и Мэри разбудить его были безуспешными. Машина «скорой медицинской помощи» прибыла лишь через сорок минут. Врачи поняли в чём дело, и сделали необходимую инъекцию. Проснувшись, сэнсэй Тинэн с удивлением осмотрелся вокруг и спросил нас: «Где мы находимся?» Постепенно он пришёл в себя, но врачи порекомендовали срочно поехать в больницу. Так бы и случилось, но проблема заключалась в том, что часа через полтора на Москву вылетал самолёт, а дальше Кусий должен был проводить мастеров на лайнер, вылетающий в США, и сам отправиться в Украину. Билеты были куплены заранее, всё распланировано.

Мэри Рой объяснила ситуацию сэнсэю и спросила, куда ехать, в больницу или аэропорт? На что последовало требование: «Домой!» Врачи взяли подпись об отказе в госпитализации и удалились. Валерий помог сэнсэю одеться, и мы повели его под руки к микроавтобусу. Пока шли по коридору отеля, сэнсэй приговаривал: «Годзю-рю, годзю-рю». И крепко сжимал при этом кулаки. Несмотря на ослабевшее тело, дух годзю-рю у сэнсэя ощущался вполне и уже был готов к испытаниям. В том числе и к дальнему перелёту на другой континент. До аэропорта доехали быстро. Регистрация уже закончилась. Мы пытались поддержать сэнсэя в зале аэровокзала, но он попросил не помогать ему, полагая, что справится сам. Наши гости прошли регистрацию самыми последними среди пассажиров. Все остальные уже заняли свои места в салоне самолёта. Прощаясь, сэнсэй Тинэн крепко пожал мне руку. С Кусием мы обнялись. Мэри Рой тоже пожала руку и поблагодарила за тёплый приём.

Так закончилось для меня общение с удивительным знатоком и практиком годзю-рю - Тэруо Тинэном, известным и популярным человеком в ряду мастеров современного годзю-рю.



::: вернуться на содержание ::: к началу страницы :::



CATALOG.METKA.RU Каталог Томского интернета Яндекс.Метрика
Cделать стартовой Добавить в избранное Написать письмо